Елена Волжанкина
( г.Новосибирск)
Экзотические петухи в городе Обь
Анатолий Константинович Дубровин, заводчик редких экзотических петухов, живёт в городе Обь, о нём и его птицах знают тут многие и, буквально, слагают легенды о том, что каждый год бывает, что из-за его забора вылетает чудесная птица Феникс.
За забором по очереди, на разные голоса, распеваются петухи: кто-то горланит басом, кто-то выдаёт свою партию дискантом.
– Жара, аномальная, – улыбается хозяин, – курочки мои в тень попрятались от жары. Пойдемте, всё покажу, всё увидите.

Располагаемся во внутреннем дворе. Для павлинов построен большой и высокий, примерно на 10-15 квадратных метров, птичник, в нём томно прохаживаются павлин и две павы.
– Вы учились орнитологии?
– Нет, я просто колхозный мужичок, любитель-коллекционер.
– А родом вы откуда?
– Здешный. Отсюда, с Оби.
– И сколько вы уже занимаетесь разведением птиц?
– Столько люди не живут, – смеётся. – Всю жизнь, сколько себя помню. Уже порой думаю: «Хватит, сколько можно». Я стремился собрать всех. Смотрите, вот серебряные фазаны. – В птичнике, под самым потолком, красавица с грациозной осанкой изящно отставила ножку. – Королевские фазаны ещё есть, румынские, а здесь золотые. Вот куры эксклюзив, золотистые падуанчики, – показывает коллекционер на бородатую квочку с массивной причёской-хохолком. – Это мраморные кохинхины, курочка сидит, парит яйца, а вот петушок.

– Как вы всех помните?
– Нууу, – долго смеётся и машет на меня рукой – сильно насмешила.
– Это Лакенфельдер, яичного направления, – открывает очередную дверцу хозяин птичьего двора.
– Кококо, – вежливо здороваются куры. Красавец-петух уверенно выступает вперёд, наставив на нас грозный глаз и закрывая своим телом курочек.
– Это Кучинские юбилейные, они мясо-яичного направления, это наши, российские куры, они день и ночь несутся, у меня же внуков много. Это Голландские белохохлые, декоративные, полосатые и чёрные. Те для хозяйских целей, а эти красавчики.
– Это у них брови? А где глаза-то?
– Есть глаза, всё, что им нужно увидеть, они видят. Австрийская кровь. Тут палевые Кохинхины, им по 3 месяца, добротные. Это светлая Брама. А это кукушечный карликовый Кохинхин. Они все дружно живут, поэтому тут все вместе. Вообще я любитель именно карликовых пород.

– А селекцией Вы не занимаетесь?
– Европа занимается селекционным отбором. Зачем мне-то это надо ещё, господи? Вот выведу и что? Надо цели ставить достижимые. Можно было бы… но жизнь быстро пролетела с моими птичками, ничего я не успел сделать. Раньше ни денег не было, ни материала. Сейчас бы можно было, а уже и здоровья нет.

– А откуда это увлечение, от родителей?

– Да нет, это я такой чудик. У меня хобби – куры и строительство. Когда молоденький был, только начинал, поехал в Москву. И там товарищ один, познакомились, взял у него молоднячок, золотых фазанов и Голландских белохохлых, эксклюзивы были по тем временам. «Разве можно, – говорю, – такая дороговизна». Помаленьку брал, потому что шибко дорого. И всё получилось – и фазаны, и петушок с курочкой. Я много лет получал яйцо из Австрии, Бельгии, порода же там. Яйцо дорогое, 370 рублей за штуку. Доставка с Европы идет вся через Украину, из Украины в Москву, а с Москвы уже ко мне, поездом. В этом году я уже не хотел брать, а с Подмосковья знакомая звонит, она как я, мы ещё с советских времен с ней так вот, и говорит: «Анатолий, сейчас Австрия, Бельгия отпадают, теперь Иран, Турция, там такие курочки! Себе буду брать и тебе возьму». И вот, смотрите, молодёжь – чёрная Брама, кох, палевые и голубые Кохинхины, тёмная и куропатчатая Брама. А вот, смотрите, подрастающее поколение, павлинчики, пять штучков. Сейчас их во двор выпустим, они привыкшие. Им месяц уже есть. Иди-иди, павочка.

– Она сама их высиживала?

– Ну да. В прошлом году я не получил павлиняток, потому что у меня инкубатор сгорел. Я им гнезда здесь сделал, а они вон там выводили, под потолком, на насесте. Было 7 яичек, 5 штук вывелось, как выведет их, дня 2-3 их отпаривает-выпаривает… Вообще у меня курей доходило до 45 пород. Я не имею в виду подвиды, – золотые, жёлтые, шоколадные, – это уже подвиды. Эксклюзива у меня много. Вот, к примеру, лавандочка кучерявая…
В птичнике сидят два сказочно очаровательных существа одинакового голубоватого цвета, похожие на расчёсанных собачек-болонок с куриными головами, вместо шерсти перья. К нам деловито подходит мальчуган, лет пяти, с ямочками на щеках и с улыбкой Анатолия Константиновича.

Достойная смена
– Это ваш внук?
– Да, это Прохор. Лаванда – это чисто голубой цвет, а на шее у петуха – цвет маркиз, так как петушки чисто лавандовые не бывают, это им для красоты. Проша, петушка подержишь? Тебя сфотографируют.
Прохор, фотографируясь с эксклюзивным петушком, разглядывает его и бормочет: «Курочка, птичка какая хорошая. Смотри, какой у него глаз, смотри, у него ноги. Какой хороший». Деловито возвращает птиц в домик и закрывает дверку.
– Внук – достойная смена? Помогает?
– Ну а как, конечно. Пойдёмте, кое-что покажу.
Мы поднимаемся по лестнице и оказываемся в помещении, заставленном клетками, в них цыплята. Много. Отовсюду разносится громкий писк.
– Здесь подрастающее поколение. Видите, у них тут лампочка, ультрафиолет, им это хорошо. Всё это надо, всё надо. А у меня ещё вон видите что, - хозяин подходит к небольшому металлическому шкафу, открывает дверку, а там штук 100 яиц. Разводит руками и виновато говорит: «Надо уже бы остановиться. Но вот такая у меня натура, представляете».

— А давайте портрет сделаем, петушка в руки надо.
— Сейчас возьмем. Проша, что хорошенького взять? Светлую браму, может? Он большой, жеребец такой.
— Дед, ты где? Дед, ты там? – зовёт Прохор.
Анатолий Константинович возвращается из птичника, держа в руках двух Голландских хохлатых безглазых петухов, одного из них протягивает внуку:
— На, петушка подержи, ну на, не очкуй, – Прохор прижимается к деду, и теперь стоят, оба взлохмаченные, чумазые, держа в руках огромных птиц, одинаково счастливо улыбаются, и сейчас видно, как сильно они похожи друг на друга. Нажимаю на кнопку.
Понравилась работа? Голосуйте за неё лайком!
Форма для отправки материала
Поделитесь этим материалом в соц. сетях